ДВЕ СПАСЁННЫЕ ЖИЗНИ
... и один очень неудобный вопрос:
Что общего между Яхьей Синуаром и Реджепом Тайипом Эрдоганом?
Казалось бы, ничего. Один был лидером террористической организации. Другой и сейчас президент крупного государства, члена НАТО (с какого-то перепугу). Разные биографии, разный статус, разные масштабы влияния.
Но есть одна деталь, которая неожиданно ставит их рядом: жизнь обоих в какой-то момент оказалась в руках израильских врачей.
История Синуара давно известна. Во времена отсидки израильские врачи обнаружили у террориста тяжелое заболевание. И маньяку сделали сложную операцию, фактически спасшую ему жизнь. Никто тогда не мог знать, чем закончится эта история. Врач видел перед собой не будущего организатора массового убийства, а пациента, которому требовалась помощь. Так поступают врачи. Так поступает цивилизованное государство.
Прошли годы.
Наступило 7/10.
Мир увидел кадры, которые невозможно забыть. Тысячи жертв, разрушенные семьи, похищенные, изнасилованные и сожженные люди, уничтоженные поселения.
И тогда люди вспомнили: ведь человеку, который стал одним из главных организаторов этой трагедии, когда-то спасли жизнь именно в Израиле.
Казалось бы, подобных уроков история больше не должна повторять.
Но несколько дней назад бывший пресс-секретарь больницы "Ихилов" Ави Шошан сделал заявление: "Много лет назад, когда президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган тяжело заболел, к нему по линии израильских спецслужб был направлен один из ведущих врачей нашей больницы. Операция была санкционирована на самом высоком государственном уровне. Так что именно израильский врач помог спасти жизнь турецкому лидеру."
Удивительная возникает параллель.
В одном случае Израиль спасает монстра, который впоследствии становится организатором самой страшной террористической атаки в своей истории Страны.
В другом спасает не менее кровожадного монстра, открыто поддерживающего хамас и хизбаллу, пустившего под свою крышу лидеров террора, регулярно обвиняющего Израиль в самых тяжких преступлениях и считающего, что настало время избавиться от нашего Государства.
Конечно, нельзя утверждать, что добро автоматически рождает благодарность. История знает слишком много обратных примеров. Но возникает вопрос, который, как мне кажется, давно заслуживает честного разговора:
Существует ли предел, за которым гуманизм перестает быть добродетелью и превращается в опасную слепоту? Может ли государство позволить себе роскошь не думать о последствиях, если последствия потом измеряются тысячами человеческих жизней?
У врача ответ прост. Он обязан спасать. Такова его профессия. Но государство существует не только для того, чтобы спасать. Оно существует для того, чтобы защищать своих граждан.
И именно здесь проходит граница между медицинской этикой и государственной ответственностью.
Я не знаю, был ли прав врач, спасавший Синуара и Эрдогана. Скорее всего на его месте любой врач поступил бы так же. Возможно, однажды мы узнаем ответ, а возможно, подобные вещи навсегда останутся частью большой политики.
Но я точно знаю одно:
Все самые страшные трагедии начинаются с ненависти.
И никогда с жеста доброй воли.
Ненависть рождает преступление. Милосердие иногда невольно дает преступнику возможность осуществить задуманное. И в этом заключается одна из самых тяжелых нравственных дилемм.
Израильские врачи умеют побеждать рак. Они умеют возвращать людей с того света. Они умеют делать то, что еще вчера казалось невозможным...
Но пока еще никто в мире не научился оперировать ненависть. Лекарства от ненависти человечество пока не придумало.
А именно она, а не болезнь, уносит больше всего человеческих жизней.
Цена ошибки государства иногда измеряется не одной спасенной жизнью, а тысячами жизней и тех, кого уже не удастся спасти.