Vitalya Belostotskaya
Сегодня - День освобождения Болгарии от турецкого ига. Поздравляю.
Недешево она досталась, независимость. 500 лет сопротивления. Сохранили и язык, и веру.
Уважаю. А еще - благодарю.
За то, что в самом начале этой войны, их премьер приехал к Биби с поддержкой. За то, что попытка сейчас провести про-хамасовскую демонстрацию в Варне, провалилась с треском, не начавшись.
А главное...
Знаете, вот как раз сегодня с утра, прочла чудесную историю, как ушел еврей на войну из Могилёва, вернулся - а соседи всю его семью сохранили, помогали, прятали. Чудо, действительно чудо.
И вот именно сегодня, стоит вспомнить о том, что болгары не отдали НИ ОДНОГО болгарского еврея.
Это потрясающая история. Я об этом много читала, но вот именно сегодня я хочу поставить одно воспоминание - разговор с болгарским таксистом.
Болгария. Было это, в 2016 году, я тогда ещё, не так смело обращалась с болгарским транспортом, всякие пересадки, для экономии времени, были не для меня - робела.
Вышла в аэропорту, взяла такси, доехала до автовокзала - и езжай себе до села. Без глупостей.
Ну вот, прилетела я, взяла такси до автовокзала.
Таксист пожилой очень, глянул, дал пепельницу. Кури, можно. Затягиваюсь с наслаждением. За 4 часа - вторая сигарета.
Откуда приехала, спрашивает.
Отвечаю, как всегда - еврейка, из Израиля.
У него глаза сразу - как плошки, и такая радость в них - как будто я его близкая родственница, давно потерянная и чудом найденная):
- Да вярно ли разбрах. Наистину - от ИзраЕл? Вот сега (сейчас) - от ИзраЕл?
Ну да, говорю. А что такого? Евреи в Израиле живут, в Болгарию ездят на почивку, что такого-то?
Он тогда спрашивает - а знаю ли историю войны с Гитлером, как оно в Болгарии было?
Ну, знаю, говорю. И что евреев, в Болгарии, за время войны только больше стало - знаю. И что, никого не отдали на смерть - знаю...
Он спрашивает - а про демонстрацию знаешь?
Я уточняю:
- Софийскую? Знаю, конечно. 400 тысяч болгар вышло. Из брансбойтов разгоняли, били, куча народу потом в тюрьме сидела. Недолго. Недельку. А остальные - пошли на рельсы ложиться. Знаю, все знаю.
(если вдруг кто не в курсе. Вышли болгары на демонстрацию против депортации евреев в Германию. И на рельсы легли, по которым должны были вывозить нас. Вывозить на смерть)
Дяденька таксист так уважительно на меня смотрит.
И говорит - а мои отец с дедом были на той демонстрации. Отец молодой был, полез драться с полицией, ему ребра поломали. И деду поломали, когда водой разгоняли...
И улыбается так... Довольно.
Как будто им не ребра сломали, а, вот, не знаю, медаль на грудь повесили...
Я у него спрашиваю:
- А чего ты радуешься? Думаешь - твоему отцу приятно было, когда ему ребра ломали? А они тебе рассказывали - почему они пошли вообще? Вот, именно они?
Он отвечает:
- Да, говорили. Они за соседа пошли. Был такой сосед, Яков. Много добр шивач. Шивач - знаешь, что это?
- Портной? Одежду шил?
- Да, точно така. Сосед был. Много добри приятели. В гости приходили - свинско на стол нельзя ставить. Знавашь за то?
- Да, знам.
- Мляко с месо на една трапеза - не можно! Така бях!
- Это и сейчас так. Кто соблюдает.
Дяденька задумывается... Потом говорит:
- А в съботу к ним в гости ходили. Они молились, свечи зажигали. Благословение на такыв хляб, за събота...
- Хала.
- Точно така! Хала!
Дяденька опять задумывается...
Ведет при этом мастерски, я уже вижу, что мы скоро приедем...
Потом говорит:
- Ну вот, они за соседа пошли. Каждый за приятеля, за соседа, за свой човек... Как на смерть отдать? Не можно! А Патриарх - за весь народ звал. Знаваш ли - Патриарх?
- Стефан? Знаю. И Кирилл. Вся церковь заступилась за нас. Знаю. Мне вот интересно было - маленькие люди почему вышли. Ты говоришь - за соседа... Может, и так... Но в других странах не выходили...
Мы подьезжаем. Дяденька говорит:
- Ну, приятна почивка за теб. Радвам...
И, по дороге в село, я честно говорю себе, что не понимаю.
Не понимаю, почему они все взбеленились.
И - пошли драться за соседа.
Патриархам-то, чего? Этот патриарх Стефан - это вообще, нечто невообразимое. Во первых, Главного раввина Болгарии он сразу к себе домой забрал, вместе с семьей.
А поживи, времена не спокойные, у меня никто не тронет. И раввин пошел к нему жить. Предложил быстренько нарисовать всем свидетельства, как будто они крестились. Раввин отказался. Жестковыйный. А еще - этот Стефан царю Борису грозил отлучением от церкви.
Нормально?
Помазаннику Божьему, вот это вот всё.
За предательство евреев Болгарии. И я не знаю, на самом деле, что стало для царя Бориса решающим фактором. Но отдавать отказался: "Мои подданные."
За чужих - не заступились. До сих пор чувствуют себя виноватыми. Македонских евреев не спасли. А вот своих - не отдали...
За соседа...
Потом я стала уже интересоваться их историей.
500 лет османского ига.
Болгары и евреи - спина к спине.
Действительно, свои... Но всё равно...

автор Vitalya Belostotskaya
3 март 2024 г.